Хоровое творчество Юрия Фалика

реферат

1. «ОСЕННИЕ ПЕСНИ»

Цикл для женского хора a cappella (1970)

Посвящается памяти отца

В музыке Фалика этот цикл - один из примеров близости с Мусоргским и отчасти со Свиридовым. Хотя в цикле нет ни одного есенинского текста (вообще в творчестве Фалика поэзия Есенина не нашла пока себе места), все же веет от него есенинской грустью, русской осенней печалью.

В драматургическом развитии цикла можно проследить определенную линию нарастания драматизма. Рассмотрим каждый из хоров в их последовательности:

Первый хор, «Улетают птицы за море» (слова Д. Кедрина), выдержан в повествовательных тонах. Этому способствуют следующие средства музыкальной выразительности: размер 9/8 и 6/8, балладный ритм, размеренные чередования групп хора, неторопливое вариантное развитие. Так же характерны очень мягкие, как будто блеклые гармонические краски, в основном минорные, с ненавязчивыми проблесками мажора.

Хор состоит из двух больших частей-строф, не совпадающих с делением на строфы текста (в результате частичного повторения текста второй строфы в музыке возникает дополнительная четвертая строфа). Такая композиция позволяет широко развить основное настроение и значительно оттенить кульминацию в четвертой строфе. Здесь неожиданно остро и экспрессивно выделены слова: «На листве рябин продрогнувших заблестит холодный пот». И метафора «холодный пот на листьях рябин» неожиданно обретает другой смысл: холодный, предсмертный пот. Далее осторожно и приглушенно звучит завершающее двустишие: «Дождик, серый как воробышек, их по ягодке склюет». Это лишь мимолетный драматический штрих.

Второй хор, «Поспевает брусника» (слова К. Бальмонта) еще более углубляет печальное настроение первого. Широкая, размашистая диатоническая тема к концу все более суживается, сворачивается. В интервальном отношении здесь господствуют терции и малые секунды. Эпический тон повествования сменяется плачем, полным щемящей грусти.

Затем на фоне ровного развития динамически выделяется фраза:

«И от птичьего крика в сердце стало грустнее». Эти слова резко выделяются своей остротой звучания, как внезапно взметнувшийся крик.

Таким образом, это еще один прорыв драматизма, который постепенно нарастает с каждой новой частью цикла.

Третий хор, «Поднялась, шумит непогодушка» (слова И.Никитина), наиболее действенный. Характер его энергичный и вместе с тем мрачный. В нем чувствуется стихийная сила, так как присутствуют резкие динамические контрасты, быстрые взлеты, внезапные спады и неровность настроения. И, наконец, наличие низких, темных регистров в коде создает яркую картину грозной осенней ночи.

Замыкает цикл хор «Ржавые елки» (слова А. Жигулина). Все, что только угадывалось в отдельных мимолетных ассоциациях, тревожных вспышках, в последнем хоре постепенно обретает рельефную отчетливость, проступают черты скрытого прежде образа. Именно здесь выясняется прямая связь содержания цикла с посвящением памяти погибшего в Великую Отечественную войну отца.

Хор звучит как реквием.

Только сейчас мы можем говорить о символах. В тексте данного цикла их два: ржавые елки - «винтовки когда-то погибших солдат» - и тревожно летящие ласточки. Образы птиц в ретроспективе окрашивают и два первых хора. Эти образы превращаются в метафоры.

Самый драматический и яркий эпизод - кульминация всего цикла - приходится на слова: «Ласточки кружат и тают за далью лесной. Это их души тревожно летят надо мной». Вся фактура здесь сначала собирается в компактных диссонирующих аккордах женского хора, а затем как бы рассеивается в алеаторическом эпизоде (впечатление звукового пятна), как свеча, звучании мужского хора. На этом фоне, создающем сложную ассоциацию удаляющегося шума, гула, звучат чистые женские голоса, женский плач, который постепенно переходит в общий прощальный хор, исполненный строгой печали.

Делись добром ;)